За последние несколько лет значительные успехи в области систем и технологий искусственного интеллекта (далее – ИИ) превратили ИИ в ключевой элемент бизнес-планирования (Aldoseri et al., 2024). Предприятия всех отраслей с энтузиазмом внедряют искусственный интеллект, стремясь к большей операционной эффективности и более обоснованному принятию решений (Ali et al., 2024). Расходы на приложения, услуги и инфраструктуру, связанные с ИИ, в мире достигли рекордно высокого уровня; по оценкам IDC, к 2028 г. они составят 632 млрд долларов, что в целом соответствует ежегодному росту на 6 % в период с 2023 по 2028 г. (Hosting Journalist)1.

Дальнейшее развитие возможностей ИИ ставит серьезные вопросы о применимости законов об интеллектуальной собственности к ИИ и производимой им работе (Salle & Rini, 2025). Ускоряющаяся эволюция ИИ подталкивает предприятия к созданию внутренней архитектуры с особым акцентом на принятие этических решений (Olaniyi, 2024). Сфера интеллектуальной собственности (далее – ИС) является одним из важнейших и наиболее спорных аспектов управления ИИ (Schmit et al., 2023). Общепризнано, что искусственный интеллект может принести большую пользу; именно поэтому актуально и внимание к проблемам и инновационным разработкам в этой области, особенно в отношении интеллектуальной собственности (Ooi et al., 2025).

В настоящее время мы наблюдаем высокий уровень внедрения искусственного интеллекта; к 2025 г. это, вероятно, приведет к еще большему масштабу коммерческого использования искусственного интеллекта в широком спектре секторов (Md et al., 2025). Учитывая проблемы, возникающие с ИИ в области ИС, субъекты, применяющие такие технологии, должны заранее планировать управление экосистемой ИС (Lalanda & Roig, 2025). По мере развития законодательства об искусственном интеллекте компании должны стремиться соблюдать стандарты авторского права, одновременно усиливая защиту своих прав собственности (Gaffar & Albarashdi, 2025). Чтобы разработать успешные стратегии в экономике искусственного интеллекта, компании должны понимать, как действующие законы влияют на развитие искусственного интеллекта, и быть в курсе всех изменений в законодательстве (Shalaby, 2024).

Технология является ключевой и императивной переменной, определяющей современное состояние инноваций (Vărzaru & Bocean, 2024). Роль, которую играют современные технологии, с точки зрения развития крайне важна, но благодаря им потребность во вмешательстве человека почти полностью, а в некоторых случаях и вовсе отпала. Это создает особую проблему: как сравнить произведения, созданные с помощью программного обеспечения и алгоритмов, с теми, которые были созданы исключительно усилиями человека. В современном коммерческом мире, где владение правами интеллектуальной собственности становится определяющим фактором перспектив расширения компании, этот аспект представляет собой серьезную проблему (Mary & Enoch, 2024). Дискуссии вокруг интеллектуальной собственности ведутся о том, обладают ли правами сущности, не являющиеся людьми, например, программное обеспечение и алгоритмы (Tunç, 2025).

Конфликт между технологией и авторским правом возник еще на этапе создания печатного станка и усиливается с развитием цифровых медиа и Интернета (Iguh & Anyanor, 2023). Каждое технологическое новшество порождает необходимость в изменении положений об авторском праве (Kumar, 2024). Согласно ст. 2 Бернской конвенции, авторское право распространяется только на творения человека (Al Da’jeh & Alzubi, 2024). Если ИИ создает контент, кому принадлежат права – разработчику ИИ или пользователю, запустившему алгоритм? Разработчики государственных мер должны пересмотреть законодательство, чтобы решить эти проблемы. Существует общее понимание того, что для защиты авторского права необходимо использование творческих способностей человека, однако возможность создания произведений с помощью искусственного интеллекта усложнила ситуацию (Hutson, 2024).

По мнению известных экспертов по авторскому праву, ключевым международным соглашением в этой сфере является Бернская конвенция, в которой уделено особое внимание авторским правам на человеческое творчество (Geiger, 2024). В ст. 2 Бернской конвенции говорится, что в международных отношениях слово «автор» означает того, кто физически создает произведения; это фактически устраняет необходимость в четком определении авторства (Olwan & Al-Balushi, 2023). Конвенция признает также термин «создатель» в области защиты авторских прав на кинематографические произведения, однако подчеркивает, что все большее число произведений, созданных с помощью искусственного интеллекта, демонстрируют неравноценное отношение систем авторского права к правам авторов-людей (Singh, 2024).

Много дискуссий разгорается вокруг возможности защиты авторских прав на работы, созданные с помощью искусственного интеллекта, и необходимости юридических гарантий признания вклада искусственного интеллекта в творческий процесс. Правоведы отмечают противоречивость законодательных норм относительно нарушений авторских прав при использовании данных для обучения генеративного ИИ, а также при определении за это ответственности поставщика услуг или пользователя (de la Durantaye, 2025). Становится очевидным несоответствие между прогрессом технологий и необходимостью соблюдать нормы авторского права. Некоторые страны, такие как ЕС и США, предоставляют больше свободы для инноваций, за исключением авторских прав на тексты и поиск данных; они придерживаются доктрины добросовестного использования, но с дополнительными оговорками и исключениями, которые еще предстоит преодолеть (Margoni & Kretschmer, 2022). Следует рассмотреть вопрос о корректировке требований к защите интеллектуальной собственности в различных регионах, поскольку технологии искусственного интеллекта уже широко применяются во всем мире (Marchenko et al., 2024). Существуют государственные практики, такие как, например, Закон США о защите авторских прав в цифровую эпоху (Digital Millennium Copyright Act, DMCA), которые обеспечивают защиту и предусматривают исключения, но комплексное использование генеративного ИИ затрудняет применение традиционных мер защиты (Chesterman, 2025).

С развитием искусственного интеллекта и расширением возможностей обработки данных, распознавания образов и прогностических функций в инновационных областях изменился подход к изобретательству (Chen et al., 2024). Современные системы искусственного интеллекта дают результаты с минимальным участием человека или полностью без его участия. Обычно результаты изобретательской деятельности могут быть запатентованы, только если их создателем является человек (Ajani, 2020). Основой патентного права является поощрение изобретателей путем вознаграждения их за революционный вклад. Юридические гарантии авторского права распространяются на интеллектуальные оригинальные изобретения, а не просто на новые результаты или простую модернизацию ранее существовавших концепций (Tan, 2024). Понятие «изобретение» как идея включает в себя «уникальную интеллектуальную мысль, однозначно порожденную изобретателем, как фундаментальный умственный труд при создании изобретения» (Knutson, 2020).

Ранее было общепризнано, что системы искусственного интеллекта не обладают правоспособностью или индивидуальностью и, следовательно, не могут обладать правом интеллектуальной собственности (Aveni & Faria, 2024). Существуют различные взгляды на то, кто является владельцем прав интеллектуальной собственности и должен ли вообще назначаться правообладатель (Contreras, 2022). Владелец системы искусственного интеллекта также потенциально может иметь долю собственности на изобретения или работы, созданные с ее помощью (Lopez & Gonzalez, 2024). Право собственности может быть передано автору кода для системы искусственного интеллекта (Padmanabhan & Wadsworth, 2024), конечному пользователю (Kelly et al., 2023) или всем этим участникам процесса управления системой. Право интеллектуальной собственности также может быть передано с помощью контрактов (Srivastava, 2024).

Законодательство позволяет владельцам интеллектуальной собственности обезопасить себя, запретив другим людям получать преимущества от их работы через нетрадиционные методы (Castaldi et al., 2024). Владельцы патентов препятствуют другим в использовании изобретений без их разрешения, в то время как владельцы авторских прав делают это в отношении творческих работ (The World Trade Organization)2. Это позволяет владельцам интеллектуальной собственности получить признание, а также финансовое вознаграждение за свои творения, что поощряет их усилия по привлечению ресурсов и внимания к своему творчеству.

Это ключевой подход в создании и применении законодательства в области интеллектуальной собственности. Однако системы искусственного интеллекта не имеют заинтересованности в таких стимулах, поскольку их функции не зависят от внешних мотиваторов (Ai et al., 2022). Поэтому необходимо задаться вопросом: подпадают ли роботы систем ИИ под те же законы в области интеллектуальной собственности, что и творения человека? В настоящей статье мы проанализируем, как ИИ бросает вызов эффективному функционированию законодательства о патентах и авторском праве.

Применение генеративного ИИ вызывает обеспокоенность по таким вопросам, как предвзятость, плагиат, нарушение авторских прав, злоупотребление, распространение дезинформации, ложных новостей и вводящей в заблуждение информации (Ghiurău & Popescu, 2024). Отсюда возникают риски потери репутации, широкого распространения ложного контента, провоцирования насилия. Одной из наиболее острых этических проблем, связанных с использованием искусственного интеллекта при генерации текстов, является повышенный риск получения предвзятых ответов, особенно на таких платформах, как ChatGPT (Kim, 2024). Поскольку большие языковые модели генераторов контента также обучаются на огромных объемах информации, изображений и веб-данных, их ошибки проявятся в сгенерированном тексте (Tyagi, 2024). В более широком смысле такие предвзятые ответы дают ложные или неточные результаты и способствуют возникновению дискриминационных тенденций, например, по признаку расы или пола (Varona & Suárez, 2022).

Предвзятость, содержащаяся в контенте, создаваемом ИИ, является характеристикой не технологии, а процесса разработки и обучения (Ferrara, 2023). При использовании (сознательном или непреднамеренном) предвзятой информации в больших языковых моделях данные, которые выдает модель, также будут отражать эту предвзятость (Tiwari, 2025). Чтобы предотвратить получение таких результатов, необходимо обеспечить объективность, и поэтому становится очень важным использовать непредвзятые, разнообразные и репрезентативные данные для получения объективных результатов. Несмотря на обещания и репутацию разработчиков, а также широкую рекламу, генеративный искусственный интеллект не свободен от недостатков (Haase & Hanel, 2023). ChatGPT и другие чат-боты были признаны ненадежными, так как выдавали дезинформацию или необоснованные ответы, что заставило некоторых пользователей усомниться в их точности (Xiong, 2024). Кроме того, разработчикам, пользователям и регулирующим органам необходимо немедленно обратить внимание на этические проблемы, возникающие при создании контента с использованием искусственного интеллекта, а именно связанные с вопросами аутентичности, предвзятости и эксплуатации (Uddagiri & Isunuri, 2024). В противном случае мы можем столкнуться с непредвиденными пагубными последствиями для общества, бизнеса и экономики.

Одной из важнейших этических проблем является опасность применения генераторов контента с использованием искусственного интеллекта в злонамеренных целях. ChatGPT и другие текстовые редакторы представляют угрозу, поскольку способны создавать контент, который затем может быть использован во вредных целях, включая распространение пропаганды или разжигание ненависти, а также распространение ложных или вводящих в заблуждение сообщений.

Такие инструменты, как ChatGPT, увеличивают количество случаев плагиата со стороны авторов и студентов, при этом их трудно обнаружить (Khalaf, 2025). Для борьбы с плагиатом с использованием инструментов искусственного интеллекта были предложены новые подходы, такие как ChatZero и AI Text Classifier, которые позволяют различать тексты, написанные ИИ и человеком (Elkhatat et al., 2023).

Хакеры могут взламывать контент-инструменты, созданные с помощью искусственного интеллекта, для написания персонализированных спам-писем и скрытых графических сообщений (Arif et al., 2024). В этом случае киберугрозы будут исходить от большого числа людей, что может затронуть множество пользователей (Afaq et al., 2023). Платформы чат-ботов получают персональные данные от пользователей, что означает, что третьи стороны могут изменять, сохранять или оценивать эти данные (Giordani, 2024).

Развитие технологий оказывает серьезное влияние на производителей ИИ и регулирующие органы из-за неопределенности в отношении того, кому принадлежат авторские права на контент, созданный ИИ (Peukert & Windisch, 2024). Модели генеративного ИИ сильно зависят от огромного объема бесплатных открытых данных, загружаемых в Сеть часто без соблюдения соответствующих правил (Huang et al., 2024). Применение этих технологий обычно вызывает вопросы по поводу этики и права, поскольку такой материал обычно используется без разрешения и затем включается в обучающие базы данных (Gorwa et al., 2020). Быстрое внедрение и глобальное распространение технологий искусственного интеллекта, таких как ChatGPT, нарушает установленные правовые и этические нормы по всему миру и приводит к сбоям в цепочке поставок информации и к распространению подделок. Правительствам необходимо принять нормативные акты, способствующие развитию генеративного ИИ, чтобы поддержать этот сектор и способствовать его росту.

Работа контент-платформ требует наличия четких правил и средств контроля (Marsoof et al., 2022). Разработанные нормы учитывают проблемы конфиденциальности и предвзятости, в то время как этические кодексы регулируют деятельность создателей контента с использованием ИИ. Выработать и укрепить границы этичности для создателей ИИ-контента помогает сотрудничество юридических агентств и передовых организаций (Pokrovskaya, 2025).

Пользователям необходимо понимать риски предоставления личной/конфиденциальной информации платформам искусственного интеллекта (Zhang et al., 2022). Лица, участвующие в работе платформ искусственного интеллекта, должны осознавать как ограничения таких инструментов, так и роль самих создателей контента в его формировании (Prakash & Sabharwal, 2024). Для пользователей также важно анализировать вводимые запросы, проверять источники предоставленных данных, а также при необходимости редактировать контент (Wang et al., 2024), прежде чем применять результаты работы систем.

В настоящее время в центре дискуссии об авторском праве находятся споры о произведениях, созданных с помощью искусственного интеллекта (Werzansky-Orland, 2024). Для обеспечения защиты авторских прав таких произведений участие человека оказывается недостаточным (Oda, 2023). Центральной является тема идентификации создателей ИИ-произведения и смежные юридические вопросы (Chesterman, 2025). Дискуссия по этому вопросу предполагает, что произведения, созданные с помощью искусственного интеллекта, недостаточно креативны, чтобы заслуживать защиты со стороны авторского права. Проблемы применения искусственного интеллекта и авторского права в цифровую эпоху демонстрируются через различные аспекты дискурса по вопросам авторского права (Vebritha, 2024).

Бесспорно, самым большим достижением в области искусственного интеллекта является его способность создавать творческие произведения или тексты (Brandenburg et al., 2025). Это серьезная угроза для традиционных авторских прав, которые реализовывались исключительно авторами-людьми. Существующая структура принадлежности и охраны интеллектуальной собственности в основном применяется к авторам-людям и не учитывает вклад других источников (Rotolo, 2025).

Растущая популярность использования технологий искусственного интеллекта представляет серьезную проблему для приведения существующих законов об интеллектуальной собственности в соответствие с технологиями искусственного интеллекта (Unnikrishnan, 2024). Возникает значительная неопределенность в отношении того, какие права и обязанности должны соблюдать разработчики и пользователи систем искусственного интеллекта. Чтобы устранить возникшую неопределенность, потребовались официальные инструкции на уровне государства.

Ключевой аспект законодательства об интеллектуальной собственности касается защиты прав лиц, которые являются создателями различных форм литературного, художественного и музыкального творчества (Obianyo, 2025). Основная часть этих прав связана с концепцией авторства, которая ассоциируется с участием человека. Что касается Бернской конвенции, то основное соглашение об авторском праве и защите интеллектуальной собственности заключается на основе авторства, которое предполагает, что создателем является человек (Xiao, 2023).

На сегодняшний день правила использования и защиты контента, созданного с помощью ИИ, не содержат четких указаний на право собственности. Действующие законы основаны на «авторстве человека», что в некоторых случаях приводит к частичной или полной невозможности правовой защиты контента с использованием ИИ. Существует множество различий в правовых нормах стран – от наиболее прогрессивных, активно внедряющих инновации, до традиционных, признающих исключительно авторство человека.

Одно из радикальных предложений – принять идею о том, что в дальнейшем ИИ должен иметь законное право на любые продукты, которые он производит (Hacker, 2023). Оно вызывает скептицизм по множеству причин – от юридических до философских. В настоящее время закон признает право собственности только за юридическими лицами, на что системы искусственного интеллекта не могут претендовать. Именно поэтому так важно наделить ИИ правосубъектностью, поскольку такое изменение радикально изменит правовые системы в аспектах ответственности и подотчетности (Lovell, 2023).

Один из возможных путей решения проблемы – передать права собственности на систему искусственного интеллекта ее разработчику или группе, ответственной за разработку системы (Tully, 2024). В соответствии с этой концепцией разработчик определяется как главный новатор, поскольку именно он создает алгоритм, а также руководит обучением системы. Этот сценарий становится проблематичным, если пользователь вводит какие-то данные или использует искусственный интеллект таким образом, что это существенно влияет на другие результаты, которые не были заложены в систему.

Вторая, менее радикальная модель – это ответственность пользователя, который использует ИИ для создания контента. Это целесообразно, в частности, потому, что пользователь может добавлять свою собственную информацию во время использования ИИ, например, текстовые инструкции, выделяющие тот или иной аспект (Walter, 2024). Однако это не снимает вопроса об объеме вклада человека, который претендует на обладание тем или иным произведением.

Проблема может быть решена с помощью совместного владения – право собственности принадлежит разработчику и пользователю (Padmanabhan & Wadsworth, 2024). Тогда ответственность распределяется между этими сторонами, и они должны совместно решать такие вопросы, как использование сгенерированного контента или его потенциальная продажа.

Некоторые юристы считают, что контент, созданный с помощью ИИ, следует рассматривать как общественное достояние, а не как объект авторского права (Lemley, 2024). Это решает проблему собственности, но в долгосрочной перспективе может помешать людям использовать искусственный интеллект и технологии машинного обучения для разработки творческих идей.

Очевидно, что при решении вопросов о праве собственности на произведения, созданные с помощью искусственного интеллекта, возникают огромные юридические проблемы (Chaudhary, 2022). Современные законы об интеллектуальной собственности разграничивают права авторов или владельцев авторских прав (Al-Busaidi et al., 2024). В случае с произведениями, созданными с помощью искусственного интеллекта, одной из фундаментальных проблем по-прежнему остается сложный и актуальный вопрос о признании владельца однозначно идентифицируемой стороной (Lucchi, 2024). Учитывая, что системы искусственного интеллекта не могут предъявлять никаких юридических исков, они лишаются права действовать в соответствии со своими правами на интеллектуальную собственность, и, таким образом, возникает юридическая лакуна. Существует ряд законов об авторском праве и патентах, в которых подчеркивается, что создателем произведения не может быть организация (Cohen, 2017). Это представляет собой проблему, ведь человеческий творческий потенциал не встроен в автономную систему искусственного интеллекта; однако вопросы владения по-прежнему связаны с правами собственности, которые регулируются законами об авторском праве или патентах.

Если мы утверждаем, что авторство произведения является существенным аспектом человеческого творчества, то конечная цель законодательства об авторском праве делает проблематичным определение владельца собственности. Действительно, системы искусственного интеллекта в некоторых случаях могут создавать контент с использованием автоматизации даже без участия человека, однако отсутствие такого участия затрудняет их работу. Точность и объем текстового описания или входные параметры, установленные автором, безусловно, влияют как на стиль, так и на качество творческого продукта. В связи с этим возникает вопрос: является ли влияние человека на эти оригинальные произведения достаточным, чтобы оправдать их включение в закон об авторском праве? Участие автора в наибольшей степени влияет на характер работы (Lee et al., 2025), обеспечивая гибкое управление и позволяя эффективно контролировать продукт до завершения цикла обратной связи. В научных работах роль автора проявляется в индивидуальном стиле и постановке творческой задачи.

Кроме того, результаты работы ИИ и различия между авторством человека и алгоритмическими функциями имеют внутреннюю ценность (Darewych, 2023). При передаче конечного продукта автор всегда определен. Однако алгоритмы искусственного интеллекта в творческом процессе не связаны с ролью автора, хотя, без сомнения, уникальный вклад человека как автора имеет особую ценность (Craig & Kerr, 2025). Традиционные представления об авторстве основаны на идее сотрудничества, что поднимает вопрос о границах существующего законодательства об авторском праве в цифровую эпоху.

Требование участия человека как минимального порога для защиты авторских прав сопряжено с практическими трудностями, особенно когда в создании продукта задействован ИИ. Нелегко определить, достаточен ли уровень участия человека. Диапазон здесь может быть очень широким – от простого обращения человека к результатам работы ИИ до исправления и существенного изменения этих результатов. Но даже в самом очевидном случае, как судья (будь то при принятии решения по делу о нарушении авторских прав или по альтернативному разрешению споров) или правовед могут определить порог участия человека?

При разработке подходов к вопросам авторского права на результаты работы ИИ мы исходим из того, что для этого потребуется определенная смелость в судебной и юридической сфере. Законодательство должно обеспечивать правообладателям и авторам юридическую защиту их прав на творческое самовыражение, но также нужно учитывать, какие новшества придется внедрить, чтобы идти в ногу с технологическим прогрессом. Правовые системы должны заменить существующую практику, которая прямо противоречит характеристикам объектов искусственного интеллекта, которые они призваны защищать. Необходимо пересмотреть реализацию понятий справедливости и определенности в этих системах (Kirakosyan, 2024). Такой пересмотр на основе честности, соразмерности и определенности должен также сочетаться с конкретными мерами исходя из известных принципов либо рекомендаций. Этот подход может дать обоснование и руководство для автора-человека в отношении творческих действий ИИ и снять некоторые вопросы, повышая определенность в рамках судебной системы. Кроме того, он может также привести к выработке формальных границ, которые создадут последовательность и согласованность судебных решений.

Произведения, созданные с помощью искусственного интеллекта, характеризуются как новый продукт, основанный на преобразованиях (творческих продуктах), полученных в результате применения сложных алгоритмов и компьютерной обработки данных или запросов (Mohamed et al., 2024). Результаты работы ИИ могут основываться на существующих знаниях или шаблонах, однако созданные произведения, как правило, демонстрируют элементы новизны, т. е. оригинальность, которая превосходит сумму отдельных компонентов (Boo et al., 2025). Системы искусственного интеллекта можно рассматривать как инструмент в рамках творческих процессов человека, а также отдельные пользователи могут исследовать различные способы создания произведений искусства и выражения своего творческого потенциала в новых формах (Ali Elfa & Dawood, 2023).

В эпоху технологических изменений креативность часто считается отличительной чертой человека, которая менее всего может быть затронута прорывными технологиями и которая имеет большое значение для нашего будущего (Evans & Chen, 2023). Например, по мнению бихевиористов, креативность, идея и/или продукт творчества является достоянием человечества (Blok, 2022). И все же сегодня генеративный ИИ (например, ChatGPT) грозит лишить нас этой уникальности и изменить подходы к творческой работе (Amankwah-Amoah et al., 2024). Генеративные модели искусственного интеллекта используют огромное количество данных и пользовательских запросов, а значит, могут сгенерировать любой текст, изображение, аудио или комбинированный вариант (Bandi et al., 2023). Это уникально в том смысле, что человек переходит от создания контента (написания текстов, генерации изображений, написания кода и т. д.) к работе по созданию информации или знаний. Можно представить, что творчество станет уделом генеративного ИИ.

Вопросы авторского права занимают центральное место в обсуждении генеративного ИИ (Hacohen & Elkin-Koren, 2024). Некоторые из наиболее сложных и актуальных вопросов касаются законности использования произведений, защищенных авторским правом, для обучения моделей генеративного ИИ и того, должны ли компании, занимающиеся ИИ, иметь право на добросовестное использование таких произведений (Vig, 2024). Первый фактор добросовестного использования (цель или характер использования) включает два аспекта: (1) используется ли оригинальное произведение в коммерческих или некоммерческих целях и (2) трансформируется ли оно при использовании. Чтобы определить степень трансформации, необходимо оценить, привнес ли ответчик какой-то новый смысл, послание или цель в оригинальное произведение.

Влияние предвзятости и стереотипов на ИИ проиллюстрировано на примере автоматизированного процесса принятия решений (Cossette-Lefebvre et al., 2023). Автоматизированное принятие решений отражает процессы общественного мышления, которые созданы предшествующей практикой, а значит, закрепляют негативные стереотипы и способствуют последующей дискриминации (Jan, 2023). Например, алгоритмы могут отдавать предпочтение мужчинам как кандидатам на руководящую должность (Kyriakidou, 2025). Очевидно, что это дискриминация в отношении женщин. Формирование стереотипов может происходить в позитивном или негативном контексте, но в любом случае будет иметь место искажение социальной реальности и нарушение равенства. Соответственно, предвзятость и стереотипы также взаимосвязаны. Этот аспект имеет решающее значение для понимания того, как искусственный интеллект может закреплять или усиливать существующее социальное неравенство.

Предвзятость в сфере ИИ определяется как систематическое и несправедливое предпочтение, предубеждение, преференциальный режим или предвзятость, которые приводят к вредным, дискриминационным результатам (Ferrara, 2023). Существует три основные причины предвзятости в моделях ИИ: (1) предвзятость данных, когда модель обучается с использованием недостаточно объективных данных (Shahbazi et al., 2022); (2) предвзятость разработки, когда алгоритмы разработчика реализуются неверно (Xivuri & Twinomurinzi, 2023) и (3) предвзятость взаимодействия, когда пользователи изменяют формы взаимодействия и свои ожидания при работе с моделью (Grimes et al., 2021).

Основная проблема предвзятости в сфере ИИ заключается в том, что пользователь часто не видит ее и рассматривает продукт как объективный и нейтральный (например, текст, написанный искусственным интеллектом, воспринимается как истина, к тому же его сложно проверить на предмет ошибок). Приводимые в текстах ИИ данные читатели могут воспринимать как факты, свободные от какой-либо социальной субъективности, и принимать их за непререкаемую истину. Однако данные могут первоначально быть необъективными, а также подвергнуться искажениям в дальнейшем; таким образом, происходит повторное внедрение предвзятости.

Одна из возможностей, которую могли бы рассмотреть разработчики ИИ, – это тщательное изучение правовых норм при получении исходных данных для построения своих моделей (Rodríguez et al., 2023). Этот процесс должен включать лицензирование и выплату компенсации любым лицам, владеющим интеллектуальной собственностью, которую разработчики хотят включить в свои обучающие данные, либо за счет лицензирования, либо за счет части дохода, полученного с помощью инструмента искусственного интеллекта. Пользователям следует знать следующее о поставщиках таких инструментов: обучалась ли модель с использованием какого-либо защищенного контента; каковы условия использования и политика конфиденциальности в отношении этого контента; может ли компания гарантировать, что обучающие данные лицензированы на законных основаниях; используется ли открытый исходный код (Dwivedi et al., 2023).

Искусственный интеллект оказывает влияние на ход рассмотрения широкого спектра дел, особенно в области патентного законодательства (Bianchini et al., 2022). Одна из сложных проблем для владельцев интеллектуальной собственности – это частные лица, использующие искусственный интеллект напрямую либо через услуги третьей стороны (Picht & Thouvenin, 2023). Если лицо или компания заявляет о нарушенных правах, то могут оказаться затронутыми интересы тысяч других лиц, включая истцов и ответчиков. Путь решения этой проблемы – обеспечить использование вами и вашими поставщиками технологий, которые соответствуют постоянно меняющейся среде. В этом случае обслуживание технологических процессов может справляться с экстремальными колебаниями объемов без ущерба для функционирования.

Законодательство об интеллектуальной собственности и искусственный интеллект в совокупности открывают новые возможности и проблемы для юристов, бизнесменов и представителей творческих профессий (Vescovo, 2023). Чтобы соответствовать будущему законодательству об интеллектуальной собственности и ИИ, необходимо понимать меняющуюся правовую среду и идти в ногу с ней, а также уметь в полной мере реагировать на изменения в новом правовом ландшафте. Это создает основу для постоянных изменений в правовом поле. Учитывая, что мы работаем в инновационной области, следует быть готовым к этим изменениям законодательства и даже юридическим проблемам по мере того, как постоянно модифицируется традиционное законодательство об интеллектуальной собственности (Endeshaw, 2004).

Расширить существующие нормативные акты, требующие участия человека на различных этапах творческой работы ИИ и в создании произведений с помощью ИИ. В частности, сформулировать в нормативно-правовой базе определения таких понятий, как «программист», «разработчик», «оператор», «сервер», «автор данных», «поставщик данных» и др.

Предусмотреть возможность заключения договорных соглашений об объединении прав на интеллектуальную собственность между заинтересованными сторонами. Это даст возможность таким участникам, как программисты, разработчики, авторы данных и т. д., определять сферу своей собственности с помощью договорных механизмов.

Необходимо, чтобы юридические лица взяли на себя контроль и подотчетность за произведения, созданные ИИ. Цель состоит в том, чтобы предотвратить причинение вреда и установить этические границы для этих систем. Предлагается использовать существующие исследования, например изучение ЕС по робототехнике, для определения того, кто должен нести ответственность за работы, созданные ИИ.

Рассматривать произведения, созданные с помощью ИИ, как работы по найму и предоставить права на них лицу или организации, направившим заказ системе искусственного интеллекта. Однако подобный подход может привести к таким проблемам, как перенасыщение рынка или манипулирование с помощью чрезмерных заказов на выполнение работ.

Действующее законодательство признает разницу между авторством человека и работой машины и рассматривает людей как создателей произведений, если они принимают необходимые меры. По мере появления судебной практики, связанной с понятиями «авторство» и «произведение», ожидается, что законы, регулирующие эти понятия, будут совершенствоваться.

Необходимо решать такие задачи, как определение степени участия человека в произведениях, созданных машиной, и установление основы для авторства человека в отношении таких произведений.

Законодательство об авторском праве обеспечивает защиту оригинальных произведений, созданных человеком. В его нынешнем виде оно не предусматривает защиту произведений, созданных с помощью искусственного интеллекта, в которых вклад человека незначителен или вообще отсутствует (например, ввод запроса). При этом закон допускает защиту произведений, в создании которых участвовал или содействовал ИИ в зависимости от характера работы в целом. Неясно, насколько творческим должен быть вклад сторон (по мнению суда) для обеспечения защиты авторских прав на произведения, созданные с помощью ИИ.

По мере развития технологий искусственного интеллекта будут возникать все новые возможности и вопросы в области защиты и обеспечения соблюдения прав интеллектуальной собственности. Правовая среда продолжит развиваться по мере того, как суды и регулирующие органы будут решать сложные и новые вопросы, описанные выше. Влияние ИИ на сферу интеллектуальной собственности сопряжено с препятствиями и проблемами, но также и с большими потенциальными возможностями. Поскольку ИИ продолжает развиваться, весьма вероятно, что правовая среда также будет меняться в плане определения авторства, собственности и ее защиты, как и отдельных параметров этих понятий.

Сфера ИИ и интеллектуальной собственности быстро меняется. Юридические вопросы, связанные с патентами, с интеллектуальной собственностью на контент, созданный с помощью ИИ, с защитой коммерческой тайны, – это лишь отправная точка. Благодаря достижениям в области технологий искусственного интеллекта мы также станем свидетелями эволюции законов об интеллектуальной собственности, которые необходимо будет адаптировать, чтобы обеспечить необходимую ясность для изобретателей, создателей и пользователей технологий искусственного интеллекта. Международные и другие подходы к сотрудничеству, с учетом усиленных требований кибербезопасности и этики, также будут играть важную роль в развитии искусственного интеллекта и интеллектуальной собственности. Все заинтересованные стороны экосистемы искусственного интеллекта должны внимательно следить за последними правовыми разработками и тенденциями, получать профессиональные консультации от экспертов в этой области и предпринимать все разумные шаги для снижения юридических рисков.

1. Global AI Infrastructure Spending to Double by 2028, Reaching $632B. Hosting Journalist. https://clck.ru/3Qd7xh 2. The World Trade Organization, Part II – Standards concerning the availability, scope and use of Intellectual Property Rights. https://clck.ru/3Qd8Aa