Несовершеннолетние пользуются социальными сетями, рассматривая их как возможные инструменты для реализации некоторых своих интересов, будь то личных или социальных. В отличие от взрослых для несовершеннолетних социальные сети имеют жизненно важное значение, поскольку подтверждают их собственное существование. Неучастие в этом виртуальном пространстве означает для них маргинализацию в социальных отношениях. Однако Интернет является относительно враждебной средой; хотя он также служит местом для построения и укрепления социальных отношений, в нем возникает множество социально-правовых конфликтов, среди которых цифровое преследование или нарушение права на неприкосновенность частной жизни (Marcelino Mercedes, 2015; Memedovich et al., 2024; Ahmed et al., 2023; Mola et al., 2023).

Одной из причин этих конфликтов является то, что, когда пользователь Интернета публикует свое изображение или какие-либо персональные данные, он автоматически теряет контроль над ними, поскольку другие пользователи могут получить доступ к этой информации и затем поделиться ею. Во многих случаях сами родители игнорируют риски ненадлежащего использования Интернета их детьми, хотя весь контент, размещенный в Сети, может быть обращен против них (Durán Alonso, 2022).

Сложностей добавляет растущий феномен несовершеннолетних «инфлюенсеров», которые не только загружают контент в социальные сети, но и получают за это деньги. В последние годы они профессионализировались и стали рассматривать социальные сети как коммерческие и рекламные платформы, поэтому контент создается целенаправленно для привлечения подписчиков и коммерческих брендов (Jiménez-Iglesias et al., 2022).

Особого внимания заслуживает проблема, получившая название «шерентинг» (sharenting, от английских слов share – «делиться» и parenting – «родительство»). Это быстро развивающееся явление состоит в размещении в социальных сетях всевозможной информации о несовершеннолетних (особенно их фотографий и видео­записей) их родителями, которые выступают в качестве цифровых менеджеров своих детей (Ferrara et al., 2023; Kopecky et al., 2020). Как и в случае с «инфлюенсерами», родители получают финансовую выгоду, выкладывая контент о своих детях (García García, 2021).

Шерентинг – это деятельность по распространению фотографий, видеозаписей и комментариев в социальных сетях, содержанием которых являются повседневные или интимные моменты жизни несовершеннолетних детей, их родителями или другими близкими родственниками. Это явление связано с широкой популярностью социальных сетей. Оно, очевидно, дает родителям много преимуществ, таких как получение одобрения (через комментарии или лайки), но может быть потенциально опасным, поскольку при этом происходит постоянная передача больших объемов информации, которая должна оставаться в сфере частной жизни (Ordoñez Pineda & Calva Jiménez, 2020; Aydogdu et al., 2023).

Причины, по которым родители выкладывают весь этот контент в Сеть, могут быть самыми разными: иногда – просто создать альбом с фотографиями и видео­роликами, чтобы поделиться с родственниками. Учитывая природу социальных сетей, одним из мотивов может быть создание хорошего имиджа родителей или налаживание сотрудничества с другими семьями. В других случаях цель экономическая, поскольку в обмен на распространение контента родители получают денежное или натуральное вознаграждение (в виде спонсорской помощи, подарков и т. д.) (Azurmendi et al., 2021).

Последняя цель в наибольшей степени обращает на себя внимание закона, поскольку с психологической точки зрения шерентинг – это представление тревог и подавленных надежд родителей через детей в цифровой форме. Это становится очевидным, когда контент монетизируется, поскольку в этом случае образы детей оказываются связанными с профессиональным развитием родителей, и в еще большей степени – когда эта деятельность является единственным источником заработка в семье (Ranzini et al., 2020).

Родители как представители семьи и лица, несущие совместную ответственность за цифровую идентичность своих детей, обязаны защищать их права. В первую очередь следует различать особенности распространения контента на разных платформах. Выложить фотографии в семейную группу в WhatsApp – совсем не то же самое, что выложить их на таких цифровых платформах, как Instagram* или YouTube**. Информация может публиковаться в частном режиме, когда доступ имеет ограниченная группа (семья), или в публичном режиме, с предоставлением доступа всем желающим (Montoro López, 2022).

Распространение видео и фотографий может иметь серьезные негативные последствия для личностного развития ребенка (Yiseul Choi & Lewallen, 2017).

Социальные сети – важнейшее технологическое явление последних двадцати лет. Однако сама концепция не так нова, как можно подумать: хотя сегодня это понятие действительно относится к веб-платформам, на которых пользователи общаются друг с другом, ранее оно обозначало просто сообщества, которые были связаны каким-либо образом, например, дружбой, работой или другими ценностями (Oliva Marañón, 2012; Yang et al., 2022; Verswijvel, et al., 2019).

Все существующие социальные сети можно классифицировать по их направленности:

Можно было бы сказать, что первая категория является основной в плане «семейного» присутствия и распространения шеретинга, однако это нецелесо­образно, поскольку границы между сетями в отношении их направленности очень размыты.

Так, на YouTube** есть тематические каналы (кино, фотография и т. д.), но также есть и «семейные» каналы, где выкладываются видео повседневной жизни несовершеннолетних, причем некоторые из них могут быть даже монетизированы.

Влияние YouTube** на несовершеннолетних очень велико, поэтому многие бренды заинтересованы в рекламе на каналах, где присутствуют дети. Это происходит по нескольким причинам; одна из них заключается в том, что семейные каналы и каналы с детьми вызывают большее доверие к демонстрируемой продукции, а это, в свою очередь, заставляет несовершеннолетних пользователей стремиться к ее потреблению (Durán Alonso 2022).

То же самое можно сказать и об Instagram*. Это приложение появилось в 2010 г. с единственной целью – делиться профессиональными фотографиями, однако в 2018 г. благодаря своим функциям (сториз, хэштеги, более эффективное распространение контента) стало крупной социальной сетью. В настоящее время она занимает первое место по количеству активных профилей среди других социальных сетей, особенно среди молодежи (Bard Wigdor & Magallanes Udovicih, 2021).

Эти социальные сети нельзя рассматривать как изолированные площадки; контент часто является мультиплатформенным, и гораздо чаще пользователи используют две или более социальных сетей одновременно, чем ограничиваются одной. В этой сфере несовершеннолетние – наиболее уязвимая группа, и достижение баланса между развитием технологий и защитой частной жизни представляет серьезную проблему.

Несовершеннолетние пользуются особой защитой в области основных прав человека: по общему правилу, любое вмешательство в вопросы достоинства, частной жизни или идентичности требует явно выраженного согласия.

Несовершеннолетние обладают ограниченной дееспособностью, поэтому испанский Основной закон 1/1996 о правовой защите несовершеннолетних гласит, что их дееспособность толкуется ограничительно и всегда в интересах несовершеннолетнего. В нем также установлен критерий достаточной зрелости (достижение возраста четырнадцати лет), когда несовершеннолетний может самостоятельно осуществлять свои права (Durán Alonso, 2022).

Проблема заключается в том, что в отношении несовершеннолетних не существует единого режима: Основной закон о защите данных устанавливает возрастной критерий в отношении обработки данных, в то время как Гражданский кодекс Испании придает большее значение согласию по договоренности. Например, в случае с несовершеннолетним, достигшим возраста достаточной зрелости, такое согласие должен дать сам несовершеннолетний; однако, как мы увидим, большинство случаев шерентинга затрагивает детей очень раннего возраста (Toral Lara, 2020).

При этом многие правоведы понимают, что независимо от того, достиг несовершеннолетний возраста достаточной зрелости или нет, родители при осуществлении своих родительских прав должны всегда защищать личностные активы несовершеннолетнего. Прокуратура может инициировать официальные действия, если сочтет, что конфиденциальность частной жизни и другие права несовершеннолетнего были нарушены (De Lama Aymá, 2006).

Пионером в области защиты детей младше тринадцати лет стали Соединенные Штаты, приняв в 1998 г. Закон о защите частной жизни детей в Интернете (Children’s Online Privacy Protection Act, COPPA Act), который обязал цифровые платформы использовать методы обеспечения согласия несовершеннолетних. Так, во исполнение этого закона платформа YouTube** классифицирует и идентифицирует контент, направлен­ный на несовершеннолетних, и не собирает персональные данные этой аудитории (Durán Alonso, 2022).

Хорошим примером является также Франция, где в 2020 г. был принят Закон 2020/1266 о защите от коммерческого использования изображений несовершеннолетних в возрасте до шестнадцати лет. Он устанавливает ограничения в отношении графика совместимости между временем учебы и записи, а также предусматривает право на забвение, включая меры, регулирующие такое право несовершеннолетних. Последнее заключается в том, что социальные сети могут удалять контент несовершеннолетних по их просьбе, даже невзирая на разрешение родителей (Cremades García, 2021).

В Испании публикация изображений должна осуществляться с согласия несовершеннолетнего старше четырнадцати лет; до достижения этого возраста необходимо согласие обоих родителей. В случае открытия аккаунта в социальной сети несовершеннолетний обязательно должен быть старше 14 лет, поскольку создание аккаунта подразумевает официальное оформление договора и разрешение на обработку данных, которые могут противоречить требованиям защиты достоинства, частной жизни и идентичности (Santos Morón, 2011).

Согласие всегда должно быть конкретным и информированным; кроме того, необходимо понимать, с какой целью и как будут использоваться данные. Родители не должны вмешиваться в деятельность своих детей в социальных сетях, за исключением случаев, когда они обязаны делать это по закону для защиты интересов ребенка. В этом случае необходимо получить согласие, а судебное разрешение потребуется только в том случае, если речь идет о серьезном вмешательстве в основные права (Toral Lara, 2020).

Все больше и больше родителей практикуют шерентинг с целями, выходящими за рамки обмена информацией внутри семьи или круга друзей. Крупные виртуальные платформы облегчают существование каналов с семейным контентом и их использование с бизнес-целями. Это происходит отчасти потому, что это выгодно для спонсоров рекламы, а также потому, что создатели такого контента могут получать денежную прибыль (García García, 2023).

Иногда шерентинг предполагает участие несовершеннолетних в качестве главных героев или соавторов совместно с родителями в видео различного содер­жания. Некоторые исследователи определяют такую форму как злоупотребление. При этом согласие родителей в принципе не вызывает сомнений, поскольку в подавляющем большинстве случаев очевидна руководящая роль одного из них (Azurmendi et al., 2021).

Бизнес-модель в таких случаях может строиться различными способами:

В отличие от других виртуальных видов деятельности, в которые вовлечены только взрослые, в случае шеретинга подразумевается, что цифровая идентичность родителей неразрывно связана с идентичностью их детей. Поэтому некоторые родители стремятся индивидуализировать свою цифровую идентичность и перенести ее на своих детей. Другие же придерживаются концепции родственной идентичности, когда личности родителя и ребенка сближаются между собой (Holiday et al., 2020).

Одной из целей активного и постоянного участия в социальных сетях является стремление к личностной значимости и одобрению со стороны других пользователей. Аналогично происходит в случае с родителями, однако при участии детей проблема заключается в том, что эта цифровая идентичность подвергается искажению. Можно привести множество примеров, когда личный бренд родителей накладывает свой отпечаток, будь то в силу экономической или иной мотивации. Это происходит потому, что в социальных сетях родители самопрезентуют себя через своих детей даже бессознательно.

Эта деятельность наносит вред детям, поскольку формирует их в качестве объекта для получения подтверждения «цифрового я» родителей или не более чем их продолжения. Более того, такая самопрезентация не ограничивается социальными сетями и цифровым пространством, а продолжается и за его пределами (Blum-Ross & Livingstone, 2017).

При этом дети выступают в качестве не более чем средства для достижения родительских чаяний, признания и успеха. Вредное воздействие проявляется, когда родители публикуют информацию, связанную со здоровьем детей, или другие личные данные, такие как местоположение, интимные подробности, или непосредственно занимаются продвижением и рекламой, что можно квалифицировать как эксплуатацию (Moser et al., 2017).

В ряде работ было показано, что в случаях значительного участия несовершеннолетних вступает в силу ряд факторов, которые усиливают или ослабляют шерентинг:

Широкое распространение злоупотреблений в процессе шерентинга позволяет предположить, что он будет оказывать значительное влияние на формирование цифровой идентичности несовершеннолетних, особенно если они становятся главными действующими лицами на таких семейных площадках с самого раннего возраста.

В настоящее время, даже если несовершеннолетний согласен на участие в этих видеороликах и доволен их реализацией, на самом деле он не может понимать их долгосрочных последствий. Большинство судебных споров обусловлено именно режимом монетизации шерентинга (Azurmendi et al., 2021).

Даже отдельные конфликты показывают, какой вред могут нанести злоупотребления в процессе шерентинга. Однако современная реальность такова, что многие родители привыкли почти автоматически выкладывать любые фотографиями и видео­записи, что может негативно повлиять на отношения между родителями и детьми, а также на формирование цифровой идентичности ребенка. При монетизации такого контента возникает ощущение абсолютного отсутствия уважения к правам ребенка (Azurmendi et al., 2021).

Интернет и социальные сети стали одним из величайших достижений современного общества, однако они также представляют собой одну из самых больших опасностей в отношении защиты персональных данных и прав человека, в частности, права на неприкосновенность частной жизни. Эта опасность еще более велика в отношении защиты данных и цифровой конфиденциальности несовершеннолетних, так как существование в цифровой среде требует определенной зрелости и знаний для обеспечения тайны личной жизни.

Представленное исследование показывает, что несовершеннолетние особенно уязвимы в пространстве социальных сетей. Во многих случаях чрезмерное раскрытие их личных данных происходит не только из-за их собственных действий, но и из-за действий членов их семей, как правило, родителей.

Современная правовая ситуация в отношении несовершеннолетних в Интернете несколько фрагментарна, но изучение законодательной базы позволяет обозначить ряд аспектов. Так, существует две категории несовершеннолетних: достигшие возраста достаточной зрелости и не достигшие его. Первые могут самостоятельно управлять своей деятельностью в социальных сетях и в целом имеют больше механизмов для выражения своего мнения в случае злоупотреблений в процессе шерентинга.

Ключом к разрешению этих конфликтов является необходимость обеспечить надлежащую подготовку не только несовершеннолетних, но и их родителей и опекунов, а также педагогов, поскольку во многих случаях их действия основаны на незнании возможных последствий необдуманной публикации контента в Интернете. Важно, чтобы и несовершеннолетние, и взрослые были должным образом подготовлены и знали о соответствующих рисках; это обеспечит ответственное и безопасное исполь­зование Интернета.

Необходимо, чтобы правовая база способствовала развитию, прежде всего на международном уровне. Это также предполагает ограничение опасной и выходящей за рамки общественной пользы деятельности, особенно в случаях, когда на первый план выступают экономические соображения и несовершеннолетний становится объектом использования.

Законы должны отражать все меры защиты, рекомендуемые общественными организациями, а также некоторые меры, которые уже применяются в других правовых системах, например в Соединенных Штатах. Это позволит создать правовой режим, обеспечивающий надлежащую и достаточную защиту такой уязвимой группы, как несовершеннолетние.

________________

* Социальная сеть принадлежит Meta, признанной экстремистской организацией, ее деятельность запрещена на территории Российской Федерации.

** Иностранное лицо, владеющее информационным ресурсом YouTube, является нарушителем законодательства Российской Федерации.

*** Cоциальная сеть принадлежит Meta, признанной экстремистской организацией, ее деятельность запрещена на территории Российской Федерации.

**** Социальная сеть, заблокированная на территории Российской Федерации за распространение незаконной информации.

***** Cоциальная сеть, заблокированная на территории Российской Федерации.